На главную
12 декабря 2018 года - 90 лет со дня рождения Леонида Быкова!
Биография    Фильмография    Статьи    Галерея    Памяти Маэстро    В бой идут одни "старики"    Форум

НЕМОКНУЩИЕ СПИЧКИ

Кто не был в лагере нашей части, тот не знает, что такое настоящий лагерь.
Кажется мне, что лучшего лагеря и быть не может. Представьте себе широкую речку. По одну ее сторону, где берег пологий, раскинулись густые заросли верболоза, осины, орешника. А дальше от берега - целые тучи кудрявых кустов калины, обвитых хмелем. И когда цветет этот хмель на калине, да и сама калина цветет, даже до наших палаток доносится гудение диких пчел, которые там мед берут.
По другую сторону речки берег обрывистый, песчаный, насквозь прошитый корнями старых елей. Многие ели так засматриваются в воду, что того и гляди кувыркнутся туда. Чем дальше от речки, тем лес все выше забирается на высоту. Вот на этой-то высоте, меж долговязыми елями, и раскинулся лагерь нашей части.
Скажу вам, что порядок здесь образцовый и красота неописуемая! Лагерные линейки - ровные, точно струна, песком желтым посыпаны. А палатки словно по команде выстроились. За их строем - шеренга ротных погребков, где бачки с холодной водой хранятся, вторую шеренгу - массивную, внушительную - составляют закрытые пирамиды с оружием. Рядом - места для курения. А за тыловой линейкой - спортивные площадки рот и комнаты политпросветработы. И везде линии, линии... В сочетании с деревьями и кустарниками, которые толпятся в лесу, как им вздумалось, эти линии создают такую картину, что она хоть кого за сердце тронет! Очень хорошо здесь! Но дело не только во внешней красоте. Главное в другом. Лагерь напоминает солдату боевые условия. И нужно сказать, что к этим условиям, в которых происходят самые необыкновенные, увлекательные события, он стремится всей душой. Ведь в жизни солдатской столько захватывающего! Возьмите хотя бы последние занятия по тактике в нашем взводе...
На занятия эти явился командир роты, старший лейтенант Куприянов. Авторитетный он человек, знающий. Каждому его слову цены нет. Ведь еще в период Отечественной воины Куприянов командовал пулеметным расчетом. А пулемет в бою доверяется, известно, самым толковым людям. Читал я в "Истории нашего полка", что в боях за Берлин старшина Куприянов вместе со своим пулеметным расчетом пробрался на улицу, занятую фашистами, и много там дел натворил. Восемь часов в окружении дрался. Подбил даже огнем пулемета вражеский самолет с генералами и офицерами, который пытался взлететь с автострады.
После войны Куприянов учился в офицерской школе. А теперь, говорят, в академию готовится поступать. Как не уважать такого человека? Сам я ведь тоже об учебе подумываю.
И когда придет ротный на учебное поле, каждый старается изо всех сил. Каждый хочет показать старшему лейтенанту, что, мол, не подведем мы его. В любой день может он отчитываться хоть перед самим министром обороны, что вторая рота умеет действовать в бою.
Стараюсь и я, Максим Перепелица. Только иногда не везет мне. На одном занятии по физподготовке Перепелица так оскандалился перед командиром роты, что вспоминать стыдно. Через "коня" не сумел перемахнуть. Когда увидел я, что и на берегу речки, где обучались мы, появился старший лейтенант Куприянов, сердце мое зашлось. Ну, думаю, не доведись случиться, чтобы Максим опять так отличился, как в тот раз. Все вороны в лесу будут смеяться.
О том, какую тему мы изучали на тех занятиях, говорить не полагается. Скажу лишь, что младший сержант Левада поставил перед каждым солдатом отделения задачу: с оружием, незаметно для "противника", переправиться через речку и на той стороне зажечь по костру.
Нелегкое это дело. Речка извивается между зарослями, точно уж, которому на хвост наступили. И на нашем же высоком берегу, за соседней извилиной, "противник" закрепился. Его наблюдатели почти до середины просматривают русло речки. Вот и попробуй переплыви на ту сторону незамеченным. А дымовую завесу ставить нельзя - "неприятель" замысел наш разгадает. Единственный выход - до середины речки под водой пробираться. Это не каждому под силу. А если под силу, то как спички убережешь от воды? Уберечь же их обязательно нужно. Иначе на том берегу огня не зажжешь, задачу не выполнишь.
Прямо хрустит в голове от мыслей. Как быть? А тут сам командир роты голос подает:
- Семь минут даю на подготовку. Действовать каждому самостоятельно.
Засекаю время!
Точно ошалел я. Туда метнулся, сюда. Куда спички положить? Злюсь на себя. В таком деле как раз спокойствие нужно, а я нервничаю. Взял себя в руки, оглядываюсь кругом. Замечаю, у рядового Ежикова даже пот на лбу выступил. Наклонился он над чем-то и огонек раскладывает. Не рехнулся ли парень, что уже на этом берегу костер разжигает? Нет, вряд ли. Знаю я Ежикова: не солдат, а художник. Если делает что, так со смыслом. Этот зря шага не ступит. Но не подумайте, что ленивый, - расчетливый он. Как-то продирались мы сквозь густой лес - двигались по азимуту. А время было дано ограниченное. Шел я тогда рядом с Ежиковым, даже немного впереди, и все удивлялся, почему Ежиков каждый раз, после того как сориентируется по компасу, назад оглядывается, высматривает что-то у себя за спиной. Не выдержал я и спросил: "Что ты, Василий, шею свою ломаешь? Нам дорога - вперед, туда и гляди". А он отвечает: "Сейчас вперед, а потом назад. На обратном пути тоже будешь компас перед глазами держать?" Никак в толк не возьму, о чем он говорит. Но потом Ежиков пояснил, говорит: "Примечаю дорогу. Будем идти назад, останавливаться не придется. Вот и сэкономим время".
Вспомнил я этот случай, и так мне захотелось подсмотреть, что же делает Василий со своими спичками. Но вдруг совестно стало: "А ты, Максим, сам ни на что не способен? - мелькнула мысль. - В бою ты тоже на дядю оглядываться станешь?"
И начал я искать выхода. Все во мне кипит. Карманы вывертываю, в подсумок лезу рукой: во что бы завернуть спички? Ведь безвыходного положения для солдата никогда не бывает, - об этом нам часто твердит командир взвода. Вдруг вижу, что возле тропинки, которая вдоль берега юлит, лопухи растут. Самые обыкновенные лопухи, каких в нашем селе Яблонивке, на Винничине, в каждом рву целый лес. Кинулся к лопухам. Сорвал один, второй. Находка же это! Хозяйки у нас в селе накрывают лопухами кувшины с молоком, потом перевязывают тесемкой и в воду опускают, чтобы молоко было холодным. Это в поле, в жару чаще делают. Кувшин, завязанный лопухом, сутки простоит на дне ведра с водой или в ручье, и капля в него не просочится. Быстро раздеваюсь (по условиям задачи мы могли в трусах на тот берег переплывать). А душа уже ликует. Так радостно мне: ведь додумался! Жаль, что товарищам подсказать нельзя. Велено самостоятельно действовать. Достал из вещмешка индивидуальный пакет, разорвал его. Затем разломал спичечную коробку и обе терки вместе с десятком спичек приладил к правой ноге повыше ступни. А сверху один, второй, третий лопух. Потом туго-натуго - бинтом. Так прибинтовал к ноге лопухи, что к спичкам, которые под ними упрятаны, не только вода, воздух не проберется. Потом за спиной закрепил свой автомат - и к речке. Вижу, Ежиков тоже разделся, Самусь... Значит, кумекают хлопцы.
Тороплюсь. Вдохнул полную грудь воздуха и из-за куста нырнул под воду. А вода чистая, дно песчаное. Гляжу на дно, чуть лицом к нему не прикасаюсь и, сколько есть сил, ногами отталкиваюсь от него вперед, а руками вверх гребу, чтобы вода меня не выносила. Этот способ каждому солдату известен. Если не очень глубоко, свободно можно пройти под водой метров тридцать. Однако наша речка не такая. Возле берега мелко, песочек на дне. А дальше - коряги. Страшные! Зелеными бородами водорослей пошевеливают. От коряг не оттолкнешься. Значит, нужно не "идти" по дну, а плыть над ним. Так и делаю. Но речка широка, под водой больше минуты не выдержишь. Плохо твое дело, Максим. Никакой мочи нет терпеть дольше.
Что есть сил работаю руками, ногами и постепенно выжимаю из груди воздух. Еще метр-два проплываю вперед. Чувствую, как немеет правая нога, к которой спички прибинтованы. Значит, слишком туго перехватил ее. А коряги протягивают ко мне свои зеленые бороды, что-то прячут в темных закоулках. Даже неприятно.
Перевертываюсь на спину и, рассчитывая движения, чтобы не вынырнуть всем телом, выставляю над водой только лицо. Жадно подышал, передохнул - и снова к корягам. Хорошо, что приучил я себя в воде смотреть. А зрячий - не слепой.
Наконец, выбрался за середину речки. Гора с плеч. Здесь глаз "противника" не достанет - заросли мешают. Плыву я на боку и осматриваюсь. Вижу, Василий Ежиков меня настигает. А там из воды, точно утка, Илья Самусь вынырнул. Одним словом, хлопцы в нашем отделении такие, что их трудно опередить.
Только один Али Таскиров на две минуты позже других костер разжег. На то тоже была своя причина.
...Итоги занятий проводились в лагере на задней линейке. Стою я в строю и радуюсь за себя, за товарищей. Не спускаю глаз со старшего лейтенанта Куприянова. А он, стройный, молодой, хмурит брови и ходит перед строем, поскрипывая новыми сапожками. Но очи его смеются. И всем нам доподлинно известно, что командир роты доволен.
Когда начали разбирать, кто какую смекалку проявил, чтобы сохранить сухими спички в воде, настроение мое стало резко падать. Ведь подумайте только! Илья Самусь вытащил из учебного патрона пулю, сунул в гильзу несколько спичек, кусок терки и опять заткнул ее пулей. Затем махнул в воду. Вот тебе и Илья. Просто и здорово! А Володин использовал стеклянный пузырек, в котором таблетки от изжоги носил; Иван Земцов - гильзу из-под ракеты. Таскиров же проще всех. Половинки спичек и кусок терки обвернул в бумагу и так зажал в кулаке, что даже под водой не замочил их. Правда, кулаком ему несподручно было грести. Поэтому Али позже других на противоположный берег высадился.
А Василий Ежиков - прямо удивительно - спички в подсумке перевез и ни во что их не упаковывал. А чтобы спички не намокли, Ежиков такое придумал, что ахнешь! Был у Василия кусок парафиновой свечки. Он быстро растопил его в крышке металлического портсигара, окунул в парафин спички, каждую в отдельности, затем терки. А когда на спичках и на коробке парафин застыл, никакая вода им не была страшна. Бери спичку из воды и зажигай. Парафин стирается с головки, а остальной горит, потрескивает. Узнал я на разборе обо всем этом, и так обидно стало за себя! Думаю: "У всех смекалка по последнему слову техники разработана, а у меня - лопух. Как бы хлопцы в шутку такую кличку мне не приклеили".
А тут командир роты говорит:
- Способ Ежикова должен каждый запомнить. Спички в парафине можно сохранить в любую погоду. А спички солдату ой как нужны!
А дальше обо мне речь:
- Перепелица - молодец (так и говорит - молодец!). Его смекалка простотой своей всех перекрывает. А суть смекалки в том и есть, чтобы найти выход из трудного положения самым простым способом. Удачно придумал и рядовой Самусь...
Прямо своим ушам не верю. Вот тебе и последнее слово техники! Оказывается, для пользы дела всякая техника пригодна. Нужно уметь правильно и вовремя использовать ее.
Оглядываюсь вокруг и вижу, что лагерь наш еще краше стал. Наверняка потому, что позолотили его косые лучи заходящего солнца. Но, по-моему, лагерь все же хорош другим - интересная в нем жизнь солдатская, трудная и от этого еще более увлекательная.

Читать дальше>>

Rambler's Top100
Яндекс.Метрика